Название: Всё могло быть иначе
Автор идеи: голубоглазый чеширик
Автор текста: sherif
Размер: Макси
Категория: Гет
Рейтинг:RG-13
Предупреждение: ООС, обоснуем не пахло
Дискламер: От прав на творчество Элизабет Гесскел отказываюсь, все права принадлежат автору и его потомкам.
Саммари: Ответвление от финальной сцены, альтернативное продолжение событий.
Персонажи: Джон Торнтон, Маргарет Хейл, и все персонажи Севера и Юга

Глава 1: То что не забывается

Сам не заметив как, Джон заснул, под монотонный стук колёс. Мысли уносились далеко отсюда, в далёкое и безмятежное детство, когда его отец ещё был жив.

-Джон, не вертись перед зеркалом, я не могу повязать свой шейный платок, - смеялся Джордж Торнтон,пытаясь шутками выпроводить сына из семейной спальни.

Мужчине было чуть больше 30 лет: стройная поджарая фигура "шикарная", как говорили про него, округлое лицо с аристократическими чертами, чувственно-волевой подбородок, и что особенно притягивало - голубые глаза, которые пленяли и жгуче-чёрные волосы, которые придавали ему непревзойдённый шарм, создавая образ неисправимого серцееда. Казалось бы, этот мужчина, родился с ложечкой во рту, или, по крайней мере, должен был , но мало кто знал, что нынешнее благополучие семьи далось ему очень тяжело, особенно его новая фабрика Мальборо.

-Джон, а я тебя везде ищу, - нежно произнесла вошедшая женщина, прерывая размышления мистера Торнтона, подмигнув ему, оправила у сына шейный платок и пригладила ему волосы.

Женщина, была матерью Джона, она была мягкой, но требовательной, приходившей в волнение, порою, из-за самых незначительных вещей. Она была облачена в вечерний наряд: платье из атласа с отделкой из бархата, обрамлённое жемчугом по вырезу декольте, по рукавам и по низу; платье было подхвачено под грудью, дама эта, по всё более явственным признакам находилась на последних сроках беременности и, как часто подшучивал над ней муж "война с Наполеоном помогла создать такие наряды, которые идеально подчёркивают её интересное положение", она искренне в это верила.

Будучи ещё восемнадцатилетней девушкой, только-только представленной в свете, и являющейся сопернийцей для многих девушек, присутствующих в зале, тем не менее только ей удалось привлечь внимание молодого торговца хлопком - Джорджа Торнтона. Ханна (так звали молодую особу) не стала прибегать к тому, каким образом привлекали внимание мужчин другие девушки, она просто стояла в стороне, и даже оробела, когда Джордж, а в скором будущем её муж, подошёл к ней. Такова была семейная история, поведанная однажды вечером юному Джону.

Пока его родители обменивались шуточками, Джон суетился вокруг подола своей мамы и прятался в него, когда мама в шутку отчитывала его перед отцом. По натуре он был очень застенчив и скромен, и иной раз приходилось ждать несколько часов, или прибегать к ухищрениям, чтобы Джон всё же предстал перед публикой, даже несмотря на то, что ему было уже 12 лет. Он знал, что папа и мама любят друг друга и был от этого счастлив, поскольку друзья, у которых он иногда оставался, не могли похвастаться семейным благополучием и стабильностью.

-Джон, ты не против пойти с отцом? - нежно спросила Ханна у сына.

-Дорогая, что-то не так? Может нам лучше остаться?

-Джордж, это всего лишь небольшая причуда беременной женщины, к тому же Латимеры нас уже ждут. Ты же знаешь, как миссис Латимер долго ждала этого званного ужина и бала, который они всё же могут дать сейчас после той нелепой и глупой смерти её брата, ей пришлось носить этот ужасный траур.

-Некоторым он идёт, - с улыбкой объявил мистер Торнтон, беря со стула перчатки и цилиндр, дань новой моде, - Но не тебе, любовь моя, ты великолепно выглядишь в этом платье, тебе очень идёт синий цвет.

Щёки миссис Торнтон зарделись от удовольствия.

-Джон, - мягко напомнила Ханна, -Не пытайся в очередной раз спалить платье мисс Энн, иначе ты не будешь кушать сладкое неделю! - а затем более мягким тоном добавила -Я же знаю, ты послушный мальчик. - и, поцеловав его в макушку, помогла ему надеть перчатки.

-Пожар!!!!!! - выкрикнул слуга, вбежавший в комнату хозяина.

-Уильям, что случилось? Отдышись старина и расскажи что же произошло, что ты сам не свой.

-Мистер Торнтон, Мальборо горит, там уже крыша в огне, грозиться перекинуться на ваш дом сэр. Ваша фабрика сэр... - откашливаясь, старик пытался объяснить случившееся, но казалось мистеру Торнтону было не до этого, взгляд его блуждал.

-Я иду с вами! - воскликнул Джордж, сбрасывая с себя плащь и цилиндр.

-Но...

-Ханна, всё будет хорошо, я обещаю, я просто помогу людям потушить фабрику, всё хорошо, ты мне веришь? - он гладил жену по щеке успокаивая и та лишь беспомощьно кивала - Дорогая, собери все необходимые вещи, не думаю что тебе и Джону безопасно здесь сейчас находиться - и мистер Торнтон покинул комнату, Ханна могла наблюдать из окна как он бегом пересекал площадь, отделявшую их дом от фабрики.

-Сынок, - прошептала Ханна, чтобы скрыть своё волнение от сына - Поднимись к себе в комнату и собери свои вещи, но только самое необходимое, ты слышал отца и ты умный взрослый мальчик, поэтому я буду ждать тебя в парадной через 10 минут.

Джон прекрасно понимал, что означали слова отца, ведь он не раз был с ним на фабрике и не раз видел, как горел пух от искры, поэтому он не считал удивительным этот пожар и это событие, к тому же в Милтоне это было довольно частое явление. Он не стал брать много вещей, лишь томик Аристотеля, подаренного ему отцом и пару личных вещей, так что спустя 10 минут он уже стоял в просторном, покрытом мрамором холе вместе со своей гувернанткой и домашней прислугой.

Когда же спустилась мама, начались спешные, но не суетливые приготовления, потому что леди Торнтон знала, как опасна спешка во время пожара, не раз она оказывала помощь семьям погорельцев и видела, насколько ужасны могут быть последствия. Когда же все вещи были уложены и карета подана, она попросила Эрнста - их дворецкого, сообщить о делах мистера Торнтона на адрес Латимеров, поскольку Жозефина любезно согласилась принять её и её сына у себя и оказать им всяческую поддержку.

Никто не мог предполагать, что эти слова окажутся последними для леди Торнтон, супруги Джорджа Торнтона, а вскоре и его вдовы. Новость застигла её совсем неожиданно, они с сыном уже готовились ко сну, когда вошёл дворецкий и принёс письмо от мистера Лоуи (семейного доктора), о том что он установил смерть её супруга. Джон выхватил письмо из рук матери и в ужасе взирал то на него, то на маму, отказываясь верить, что отца больше нет. Но полностью в этом удостовериться они могли позже, когда к их новому пристанищу прибыла карета с доктором Лоуи, который привёз тело её мужа.

Джон навсегда запомнил этот день - день гибели отца и день рождения его сестры Фанни. Спустя много лет он всё ещё помнил мёртвенно-бледное лицо мамы и тот день, когда гроб с телом мистера Торнтона опустился в землю, тот день когда он повзрослел и уже никогда не улыбался. Дождь хлестал его по щекам, но он так и не мог уйти от свежей могилы, он плакал, он вырывался, он кричал, не веря в то, что его отец умер, из сердца вырвался крик "Папа нееееееееееееееееееееееет!" И в отчаянье он уткнулся в живот мамы, в последний раз позволив себе выплакаться как ребёнок.

-Неееееееееееет! - вскрикнул Джон Торнтон, пробуждаясь от кошмара. Нежное прикосновение к его руке помогло ему прийти в себя и вспомнить где он находится, рядом с ним сидела его любимая Маргарет и смотрела на него с нерешительностью, боясь спросить, а затем всё же произнесла:

-Джон, это всего лишь сон, это всего лишь кошмар - шептала она, успокаивая его - Всё уже позади, это всего лишь сон.

Только сейчас Торнтон увидел на лице Маргарет тень усталости, волнения и беспокойства за него. С нежностью он подумал о том, что возможно скоро он сможет ей довериться, сможет ей раскрыться весь, ведь это она дала ему шанс и надежду, а уж он постарается сделать всё что в его силах, чтобы сделать счастливой её.

-Ты права - тяжело вздохнув, произнёс Торнтон, касаясь ладоней девушки губами - Всё правда прошло. Нам ещё долго ехать, да и день был трудный, тебе нужно отдохнуть. - и не слова не говоря, он встал и стал помогать обустраивать для невесты место для отдыха, за что она была ему очень благодарна и спустя всего лишь несколько минут уже мирно спала прикрытая тёплым одеялом.

Джон не мог описать, что же именно он чувствует к этому нежному созданию которое так мирно спит, одно он знал точно: с ней он хотел провести всю свою жизнь и если Бог даст, то и растить детей и няньчить внуков. "Да, нужно начинать новую жизнь" - подумал Джон, незаметно для себя сам впадая в дрёму.

(Продолжение следует...)